Корпоратив.

 Серега - ловелас. Высокий, стройный, модный - он очень нравится женщинам. Зная это, он умело пользуется этим своим природным даром; и когда бы он не вышел на охоту, в умело расставленные сети его чар обязательно попадется трепетная лань, становящаяся ручной и послушной при одном только виде нашего Апполона. А уж когда он откроет рот, и оттуда польется сладкая песнь, сводящая уже с ума совсем, то девушки, словно под гипнозом следуют за ним, не оглядываясь ни на принципы, ни на девичью гордость. Одним словом, мы знаем о мифических существах Сиренах, сводивших с ума и утягивающих в омут околдованных ими мужчин, но совершенно мало знакомы с мужчинами-сиренами, но они есть. Серега - яркий представитель этого класса мифологических существ: он - Сирен.

 Не одна красотка оказывалась на его ложе любви в небольшой уютной квартирке на Смоленке. Мало кто из них задерживался дольше, чем на несколько дней - Серега, как паук, наслаждался добычей до тех пор, пока его либидо не ослабевало к этой и не начинало тяготеть к другой жертве. И так повторялось из месяца в месяц, из года в год.

 Серега - рантье и дизайнер интерьеров с врожденным вкусом. Он покупает убитые московские квартиры внутри Садового кольца, делает, как он выражается, и как есть на самом деле, ебанистический (очень хорошие стильный, в смысле) ремонт и продает их с хорошим наваром или сдает в аренду, на что и живет безбедно и вполне себе гламурно. Через день ходит в премиум спорт-клуб, летает на выходные (а выходные у него тогда, когда он сам себе их назначит) в европейские и не только столицы на какой-нибудь концерт, показ мод или просто подышать другим воздухом, как он говорит. В-общем, Серега успешный бездельник и Сирен. Да, без женщин он не может жить - он не просто занимается с ними сексом (да, сексом - ведь Серега никак не может влюбиться в одну женщину и пойти с ней по жизни вместе - не получается, хотя Серега и очень хочет встретить настоящую Любовь), да, он занимается с ними не просто сексом - он ест их, пьет и высасывает их души. 

Но, как только его либидо - этот радар его ненасытности - улавливает новое сладкое существо, он без сожаления оставляет предыдущее.

В один из из последних декабрьских предновогодних дней он был приглашен на новогодний корпоратив одного из крупных банков. 

Мероприятие обещало быть интересным - выступала популярная группа, рифмованный мелодичный мат которой так нравился  поп-арт-хипстер-тусовке, так называемого класса аппер левел буржуа, к которой причислял себя и Серега. Сам он мат в своем лексиконе не употреблял, кроме упомянутого выше слова ебанистический, находя альтернативные литературные  обороты речи, но послушать новый хит про высокие каблуки и охуительные (ну просто очень хорошие, клевые) брюки любил, пританцовывая в такт и потягивая сок-фрэш - алкоголь Серега не употреблял. 

И вот, когда разогревшаяся банкирская тусовка в неистовом раже скакала и орала вместе с солистами группы про вышеупомянутые каблуки и брюки, Серега с высоты своего высокого положения, то есть роста, разглядел стайку красивых девушек, танцевавших около сцены. Он очень скоро оказался рядом с ними, и еще не закончилась песня, как он уже танцевал в их кругу, словно и пришел с ними. 

Имена подруг он выяснил довольно быстро, увлек их с собой к бару, галантно предложив всем шампанского. Конечно, он их обаял, что для него было вполне обычным. Он просто выбирал теперь кого ему сегодня увезти с собой - Карину или Лену. Обе девушки отвечали его вкусу, и стрелка его разбушевавшегося либидо качалась от одной к другой. Карина - голубоглазая блондинка - невысокая, но очень стройная девушка - была уже готова немедленно сорваться с ним, не оглядываясь ни на подруг, ни на много еще обещавший праздничный вечер. И он уже было приобнял ее за вздрогнувшую от прикосновения его рук талию, как хищный взгляд его скользнул и задержался на флиртующей с каким-то по классификации Сереги лохом-менеджером среднего банкирского звена Лене. Как это может быть? Она не очарована, как Карина и все ее подруги, прекрасным Сиреном? Его чары, ее сексуальный аромат не поразили ее в самое сердце? Ей больше интересен лох-менеджер в мешковатом недорогом костюме? 

Да ну! Неужели «сирененье» Сереги уже не столь дурманяще-притягательно? 

Ну канешно! Сейчас он запутает эту гордячку-муху в свою сладкую паутинку. 

Он стал посылать на нее невидимые волны своего неотразимого обаяния. Они действовали, но медленно. Она охотно, с интересом слушала его и весело болтала с ним, но на предложение покинуть это ставшее уже скучным место, отвечала игривым отказом: она не может бросить подружек, ей обязательно надо быть дома после корпоратива и, вообще, они еще мало знакомы, и хоть он ей очень нравится - она не скрывала этого - она не из тех девушек, которые в первую же ночь едут к парню домой, и, вообще, она девушка романтичная, и ей очень нужны ухаживания - цветы, романтические ужины в уютных ресторанчиках, походы в кино и все такое.

Серега все эти стадии, пригодные для среднестатистического мужчинки, всегда успешно перескакивал, как какой-нибудь Марио, нахватавший бонусов в компьютерной игре. Да и потом, он же Сирен!

И так, и сяк «сиренил» Серега, но крепость не сдавалась уже все окутанная его чарующими путами. Она даже позволяла целовать себя в губы, отвечая страстно и жадно, но…

Серега было думал плюнуть на эту дуру бестолковую, схватить Каринку и умчаться в свое модное логово наслаждаться прекрасным молоденьким тельцем, но ГОРДЫНЯ нашего Сирена дала о себе знать: как?! Как понравившаяся игрушка не дается ему в руки. 

Он сходил в бар и принес два бокала шампанского. Лена отказывалась, очаровательно улыбаясь. Она говорила, что ей уже хватит, и так много выпила, а еще домой ехать. 

Она заинтересовывала его все больше. Он был удивлен этому странному незнакомому ему чувству - впервые у него наклевывается неудача, и это несколько озадачивало и даже огорчало его. Чем больше он смотрел на Лену, тем сильнее разгоралась в нем страсть - он представлял ее голой в его кровати, рисовал в голове сцены страстных поцелуев, обьятий и слияния тел. И предмет его вожделения - вот он, рядом. Он может потрогать, немного приласкать ее гибкое стройное тело - немного, потому  Лена не позволяла его рукам господствовать безраздельно, он может даже целовать ее, наслаждаясь нектаром ее свежих губ и упругого язычка.

 О! У него разрывается уже истомленный орган любви…

И что же? Завтра назначать ей свидание, тащить какие-то дурацкие цветы, сидеть и болтать в каком-нибудь дурацком кафе? И это в то время, когда страсть волнами приливает к низу живота, и его естество, упираясь в пряжку ремня, норовит высунуть голову и тоже взглянуть на упрямую гордячку?

 Он начинает новый штурм - ну как не выпить за наше знакомство? Ведь за него-то мы не пили. За все пили - за Новый Год, за новые мечты, за подружек твоих пили - а за наше знакомство не пили! Надо выпить, чтобы оно было долгим, полным романтики и бла-бла-бла, бла-бла-бла… Серега врал очаровательно - ну какое долгое знакомство, ну какая романтика! Он хочет сорвать этот цветок, испить его аромат, и, как только он начнет подвядать, выбросить его, забыв немедленно о его существовании. Но он нес эту романтическую пургу, которую так любят ушки молодых девушек.

Нет, Лена не сдалась… 

Серега торжествовал! С большим трудом далась ему эта победа! И тем слаще она была, тем острее, до дрожи, трепетало в нем вожделение! Он повел ее за собой - она не сопротивлялась, а покорно, покачиваясь на непослушных ножках, шла за ним, весело что-то тараторя и смеясь взрывами звонкого хохота. 

Он одел на нее ее шубку, застегнул пуговицы, заботливо повязал шарф.

«Блин, как за ребенком за ней ухаживаю» - подумал он вдруг. Он, конечно, не знал, как надо ухаживать за ребенком - у него не было детей, а если и были где-то, то он, по крайней мере, о них не знал. Но новое все же и незнакомое чувство какой-то отеческой заботы было ему приятно и тепло грело душу.

Поддерживая ее, чтобы не упала, он довел ее до машины, усадил и включил ей подогрев сиденья. Согревшись, она заснула, а он, искоса поглядывая на нее, любовался ее красивым, несколько глуповатым от опьянения лицом.

Он помчался домой! Ехать ему от силы 20 минут, но он летел, нарушая правила, таково было его нетерпение! Главное, чтобы алкоголь не отпустил Лену, а то опять заартачится, начнет про то, что она не такая. Такая, такая! Все такие. 

Он уже пролетел высотку на Баррикадной, сейчас промчит под Новоарбатским мостом, повернет направо и свернет во двор своего дома.

 Он посмотрел на Лену. Она сидела с открытыми, полными ужаса глазами, держа себя за горло и содрогаясь.

- Что с тобой, Ленусик? - ласково спросил он и через мгновение понял, что ее тошнит и она из последних сил сдерживает позывы рвоты. 

- Подожди! Подожди! - закричал он, перестроился к обочине и резко затормозил. Инерцией Лену бросило вперед и через секунду назад, но содержимое ее желудка вырвалось наружу, забрызгав обтянутый белой кожей салон его новенького Рейндж-Ровера.

- Твою мать! - вырвался у Сереги крик отчаяния. По машине разлился противный запах. Вот уж чего совсем он не ждал в этот вечер: одни неприятности от этой Лены -  в забрызганной рвотой шубке теперь она не представлялась ему обьектом вожделения: либидо, как рукой сняло. 

Первым порывом было высадить ее прямо тут. Безобразная овца! Испортила весь вечер! И его машину, его любимую игрушку!

«Да высажу ее на остановке - родная что ли мне! Еще химчистку надо срочно искать в ночи! Бл…» - бранное слово чуть не сорвалось с его губ, но он не употреблял такие слова, поэтому задушил готовое сорваться слово, емко выражавшее все свалившиеся на него проблемы.

Он посмотрел на Лену - она, прислонившись лбом к холодному стеклу двери, что-то нечленораздельно бубнила.

Серега подъехал к ближайшей автобусной остановке:

- Лена! Приехали, тебе выходить! - брезгливо потыкал он в плечо девушки. Она посмотрела на него мутным рыбьим взглядом, и снова уткнулась лбом в стекло.

Он вышел из машины, обошел ее и открыл пассажирскую дверь:

- Приехали, выходи давай! - он хотел поскорее разделаться со свалившимися на него досадными неприятностями.

Лена покорно вышла из машины и, шатаясь, побрела на остановку, куда направлял ее Сергей, брезгливо держа за неиспачканный рукав ее шубки.

- Вот, посиди тут. А придешь в себя, поймай такси и езжай домой, поняла? 

Лена, опустив голову, сидела на лавке, не реагируя на его слова. 

- Ты слышишь меня? Алё! Придешь в себя, поймай такси и езжай домой! - раздраженно прокричал он, - Поняла?

Она промычала что-то в ответ.

- Ну и хорошо, что поняла! Оставлю тебе денег на такси на всякий случай. Слышишь? Алё! Вот, штука на такси! Поняла? 

Она опять помычала.

- Ну и хорошо, что поняла. Ладно, пока! Косарь, вот он, видишь? Кладу тебе в карман. На такси, поняла? - он сунул тысячную купюру в карман ее шубки.- И сумку свою не потеряй!

Он перекинул ремешок ее сумки через голову. Зацепив перчаткой испачканный рвотой ее воротник, он брезгливо одернул руку и, наклонившись, почистил о только выпавший снег испачканный палец перчатки.

- Ну ладно, пока! - он повернулся и пошел к машине. Открыв дверь, сел за руль и завел двигатель. Открыл все окна машины, чтобы  выветрить противный запах, включил передачу, соображая куда бы поехать в такой поздний час чистить машину. Бросил взгляд в боковое зеркало - Лена, похожая на выброшенную куклу, сидела на остановке, неестественно согнувшись, с опущенными руками между широко расставленных ног. «Блин, замерзнет! Какой ее таксист повезет, заблеванную…» - он вдруг понял, что в горячке и не осознавал, что на улице мороз, и что оставить ее в таком беспомощном состоянии просто нельзя, и что придется самому отвезти ее домой. Он снова вышел из машины и подошел к девушке.

- Лена! - потряс он ее за плечо, - Лена! Поехали, я отвезу тебя домой. Слышишь? Вставай!

Он приподнял ее и практически потащил в машину, испачкав и дорогую куртку и джинсы, чертыхаясь и громко ругаясь:

- Твою же мать! Ну что ж ты за овца такая! На какой ты мне свалилась-то?

Обмякшее Ленино тело висело на его сильных руках, а волочившиеся ноги оставляли две борозды в только что выпавшем искрящемся снеге.

Он усадил ее в машину и спросил:

- Ты где живешь-то,  бедолага?

Лена тупо смотрела на него, ничего не понимая. Он тряс ее, и бил по щекам, и дергал за уши - она не могла вымолвить ни одного человеческого слова, только мычала.

«О, что же это за день-то такой! За что ж такая непруха-то? Придется к себе домой тащить - не бросать же на улице!»

У Сереги опять проснулось неведомое доброе чувство к беспомощному существу. Он подумал, что вот так и ребенок может обблеваться, обоссаться и даже обосраться в самый неподходящий момент, и не один раз, пока не подрастет. Вспомнил, как мама рассказывала о подобных сюрпризах, которые он ей преподносил, будучи в неосознанном возрасте. Чувство брезгливости отступило. 

«Ладно, привезу ее домой, отмою. Пока будет спать, сгоняю на мойку, а завтра отвезу ее домой.»

Он на руках принес Лену домой. Наполнил водой ванну и, раздев Лену догола, погрузил в теплую воду. Он мыл ее, словно купал ребенка, совершенно не возбуждаясь от покорного ему теперь красивого тела девушки. Он отмечал, конечно, что грудь у нее формы и размера, которые ему нравились, что везде, где надо, сделана грамотная депиляция, а не колосится рожь в чистом поле. Рассмотрел ее лицо, красивое, естественное, без примеси внедренного под кожу какого-нибудь силикона или еще чего. Темно-русые волосы играли здоровым блеском, а ногти на тонких пальцах переливались красивым маникюром. 

Вымыв ее всю, он заботливо завернул ее в полотенце и отнес на кровать. Убедившись, что она заснула, он забросил свои и ее испачканные вещи в стиральную машину, а шубу и свою куртку аккуратно отмыл легким мыльным раствором и повесил сушиться. 

Полночи он провел в поисках круглосуточно работающей химчистки, и уже на рассвете приехал домой.

Лена безмятежно спала, раскинувшись звездой на огромной его кровати.

«Блин! Маленькая, а сколько места занимает» - Сергей улыбнулся и стал раздеваться. Все что ему сейчас хотелось - спать!

Он осторожно, чтобы не разбудить Лену, лег с краю в неудобной позе. Но на его счастье, она, потянувшись, повернулась на бок, освободив половину кровати. Серега подлег к ней и приобнял. Ладонь его легла на Ленину грудь.

«Ну вот, тынть, хоть за сиську подержаться за все мои муки» - усмехнувшись, он провалился в глубокий сон.

Его разбудила Лена. Не найдя своей одежды, она завернулась в одеяло, стянув с Сереги его половину.

- А, мать! Проснулась! Доброе утро! - просипел он еще непроснувшимся  голосом.

Лена смотрела на него удивленным взглядом.

- Головушка болит? - спросил он все еще молчавшую девушку.

- Болит, - тоже басом, не узнав своего голоса, ответила Лена и рассмеялась. 

- Я сейчас тебе кофе сделаю.

- А есть зеленый чай? Я кофе не пью. 

- Кофе она не пьет! А шампандос не пьет, а вливает в себя просто. - улыбнулся он.

- Да блин, это со мной в первый раз! А как мы у тебя оказались? - и немного помолчав, спросила: - было что-нибудь?

- Ты еще спрашиваешь! Не помнишь что ли?! Вот ты даешь! Полночи мучала меня, просто не слезала! - начал врать Серега.

- И матом ругалась?

- Да просто орала матом! Наверное, всех соседей подняла! Ты, вообще, громко орешь во время секса.

Она присела на край кровати:

- Блин! Как стыдно! Ты подумаешь еще, что я шлюха какая-нибудь. А я и напилась так в первый раз… И сразу домой поехала к мужчине. 

Ей в самом деле было стыдно. Серега в первый раз, пожалуй, смотрел на девушку умиленно с комочком необъяснимой нежности в горле.

Он рассказал ей о том, что и как на самом деле все случилось некоторое время спустя. И вспоминая эту историю, они всегда ржут, как лошади, а он с нежностью смотрит на нее и гладит, как ребенка.

И, кстати, о детях… Они беременны, и скоро Серега по-настоящему вкусит радости отцовства. Но он уже готов ко всему, ведь генеральная репетиция у него уже была.

 

 

 

Начал 26 декабря 2019 года где-то в небе по пути из Москвы в Париж на высоте, если не наврал пилот, 10000 метров.

Закончил 1 января 2020 года тоже в небе, на обратном пути из Парижа в Москву на той же, полагаю, высоте.

P.S. Ах да, Серега - реальный персонаж. И скоро в его семье в самом деле будет ребенок.

P.S.S. В феврале у них родилась девочка.)

Это текст. Нажмите, чтобы отредактировать и добавить что-нибудь интересное.